Продолжаются судебные заседания по делу Сергея Михайлова

ПРОДОЛЖАЮТСЯ СУДЕБНЫЕ ЗАСЕДАНИЯ ПО ДЕЛУ СЕРГЕЯ МИХАЙЛОВА

Многие читатели интересуются, как идет судебный процесс по делу учредителя известной в республике независимой газеты «Листок» Сергея Михайлова, взятого под стражу 13 апреля 2022 года. Его обвиняют в распространении ложной информации об армии (п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК). Дело ведет судья Горно-Алтайского городского суда Олеся Имансакипова.
Лишь в апреле 2023 года начались судебные заседания. Все лето и осень шел опрос многочисленных свидетелей обвинения. К их числу следствие отнесло не только бывших сотрудников газеты, но и людей, никогда не встречавшихся с С. Михайловым лично. Предлагаем читателям некоторые фрагменты показаний свидетелей на судебных заседаниях.

Павел Мельков: «Мне об этом ничего неизвестно»
На одном из заседаний был допрошен Павел Мельков. Свидетеля вызывали в связи с эпизодом публикации в «Листке» информации, взятой из одного из официальных источников в интернете, к которой имел отношение П. Мельков.
В день допроса Мелькова было заявлено ходатайство о том, чтобы в число представителей Сергея Михайлова на судебных заседаниях был включен депутат Госсобрания Сергей Владимирович Кухтуеков, но судья отклонила ходатайство. «Кухтуеков был допрошен в качестве свидетеля и не имеет юридического образования, поэтому не может выступать в качестве защитника», — сказала она. Затем сторона защиты попросила разрешения на проведение Сергеем Кухтуековым видеосъемки судебного заседания в части, когда будет выступать Сергей Михайлов.
— У вас есть профессиональные средства? — спросила судья.
— У меня есть профессиональные средства для видеофиксации, возможность отслеживать ход судебного заседания в аспекте ответов и заявлений Сергея Михайлова и выкладывать это в социальные сети, — ответил С. Кутуеков.
— Процесс судебного заседания не предполагает освещения в соцсетях, — сказала судья и отклонила ходатайство.
Свидетель Мельков Павел Сергеевич, 1997 года рождения, образование среднее незаконченное, в настоящее время работает у частного предпринимателя, проживает в Горно-Алтайске. С обвиняемым не знаком. После предупреждения об ответственности за дачу ложных свидетельских показаний, допрос начался.
Сторона обвинения задала следующие вопросы:
— Вы обратились в суд по поводу публикации в «Листке». Что это была за публикация?
— Об участии наших людей в военных операциях, указана моя фамилия в качестве военнослужащего контрактной службы.
— В какой газете, какого числа, что это было?
— Не могу сказать.
— Что именно было сказано в публикации?
— Не помню.
— Какие сведения были неверными?
— О том, что я присутствовал там, где было написано в публикации, это неверная информация. Я пошел к юристам, к адвокатам, показал газету. Выступил с иском о защите чести и достоинства военнослужащего.
— Какое было принято решение?
— Иск был удовлетворен.
— Опровержение было?
— Нет.
— Обратили внимание на авторство заметки, на ссылки?
— Нет.
— Что вы почувствовали, узнав о публикации?
— Испытал шок. Прочитать такое про себя. Обвинили в том, что… написана неправда. После этого мне поступали сообщения в соцсетях, ВКонтакте, были сообщения с угрозами. Я обратился в Горно-Алтайский городской суд и…
— Кто-то из родственников читал?
— Брат, бабушка, другие родственники. Я сначала узнал от родственников, а потом газету купил.
Вопросы обвиняемого к свидетелю:
— В публикации была указана часть, где вы проходили контрактную службу. Эта часть участвовала в действиях, о которых шла речь?
— Нет.
— Откуда вам это известно?
— Я проходил контрактную службу с 2015 по 2018 год.
— А в 2022 году эта часть участвовала в боевых действиях?
— Не могу знать.
— Что было в публикации, помните?
— Помимо меня были в списке люди, которые не находились на службе в это время. Ниже было написано что-то такое, что эти люди позорят… что-то такое.
— Заметка очень маленькая. Можно я ее прочту? Там не так было написано.
(В этой просьбе обвиняемому было отказано.)
— Там было указано, откуда взята информация?
— Не помню.
— На следующей неделе в газете что-то было?
— Не помню.
— Кто является автором публикации?
— Не знаю.
— Сведения о вас были в форме утверждения: «Иванов украл сто рублей…», или в другой форме?
— Это было утверждение.
— (К судье) Ваша честь, я считаю, что нужно огласить заметку.
Судья:
— Вы не знаете, о чем была заметка?
— Я очень хорошо знаю, о чем была заметка.
Судья:
— Пожалуйста, вопросы задавайте. Читать заметку не надо.
Вопросы к свидетелю со стороны защиты:
— Когда состоялся суд, где вы оспаривали заметку в газете?
— Летом.
— Какого года?
Молчит.
— Опровержение в газете «Листок» было, в связи с решением суда?
Молчит
— Не знаете. А вам известно, газета «Листок» не издавалась в то время, когда суд состоялся? Была ли возможность опубликовать опровержение?
— Мне об этом ничего неизвестно.
— Со стороны ответчика кто-то приходил в суд?
— Нет.
— А к кому иск заявляли? К Михайлову?
— Да, насколько я помню… К ИД «Листок».
— По-вашему, это одно и то же?
— Не знаю.
— Вы говорили, к вам обращались с претензиями. Вы опубликовали «ВКонтакте» решение суда?
— Нет.
— Почему? Вас оболгали. Решение суда состоялось в вашу пользу.
Молчит.
Вопросы к свидетелю со стороны С. Михайлова:
— Скажите, в публикации указаны ваши личные данные — ФИО, дата рождения. Откуда они стали известны?
— Не могу сказать.
— Меня обвиняют в том, что информация была не просто ложной, но заведомо ложной. Но в том же номере была информация…
Судья:
— Свидетель дает показания относительно себя, зачем зачитывать то, что было в газете?
— Где вы проходили службу?
— В Хабаровске.
— Как выясняется из заметки, сведения были получены из официальных источников, и они неверные. Получается, в ходе судебного разбирательства вы эти сведения опровергли. Как вы оцениваете результат — как положительный?
— Да.
Судья:
— Обвиняемый, к чему вы задали этот вопрос?!
— К тому, что благодаря публикации в «Листке» была опровергнута ложная информация из официальных источников.
Со стороны обвинения поступило ходатайство зачитать предварительные показания. «Павел Мельков был допрошен 6 сентября 2022 года… В рубрике «Горячие новости» была опубликована статья, не соответствующая действительности, где была указана его фамилия. «Сведения являются ложными, с 2018 года я в Вооруженных силах не состою, мне причинен моральный вред… Нас без оснований обвинили в том, чего мы не совершали». Свидетель подтвердил предварительные показания.
Обвинитель к свидетелю:
— Как вы считаете, данную публикацию нужно было проверить?
— Да.
Вопросы к свидетелю обвиняемого С. Михайлова:
— Вы говорите, что от публикации люди пострадали. От какой именно публикации? От «Листка» или от публикации на официальном сайте, которую прочитали миллионы?
— От первоисточника.
— А у вас источник информации был какой?
— «Листок».
— Вы знали про официальные сайты и про информацию на них?
— Нет.
— Вы узнали, что в отношении вас имеется информация, из какого источника?
— Из «Листка».
— Так от чего вы пострадали?
— От «Листка».
— Понятно, пострадали не от болезни, а от того, кто эту болезнь назвал… Вы видели газету на следующей после этой публикации неделе, где было сказано, что список устаревший?
— Нет.
Адвокат обвиняемого:
— Вообще непонятно, почему Мельков оказался в списке свидетелей обвинения.
Сергей Михайлов:
— Есть еще моральная сторона. В «Листке» бывшего военнослужащего оболгали. А в следующем номере выяснилось что список устаревший. Получается, эта публикация послужила для его пользы…
Судья:
— Комментарии ваши я расцениваю как давление на свидетеля.
Михайлов свидетелю:
— В своих показаниях вы говорите, что эта информация (из открытых источников) «вводит российских граждан в заблуждение, разжигает ненависть и вражду, разжигает страх у наших сограждан…» Там длинная фраза. Эту фразу про ненависть и вражду вы сказали, или это записал следователь, а вы подписали?
(Обвинитель: неразборчиво перебивает)
— С моих слов.
— Тогда чем объяснить, что эта фраза из буквы в букву повторяется в показаниях других свидетелей? Если три свидетеля говорят одинаковыми формулировками, наверное, все не так просто.
— Я живу в Горно-Алтайске, и мне важно отношение людей.
— Но на следствии вы говорили не о себе, получается, а о более общих вещах. Что вы имели в виду?
— У незнающих людей ваши публикации вызывают страх.
— «Негативное отношение вызывает к органам государственной власти». Это все-таки, видимо, не ваша формулировка. Но это негативное отношение правомерно?
— Не знаю.
— Страх граждан обоснованный? Им есть чего бояться?
— У каждого человека есть свой страх.
Сторона обвинения к свидетелю:
— После публикации были вопросы к вам?
— Да. Приходилось объяснять.
С. Михайлов к свидетелю:
— Вы поддерживаете отношения с бывшими сослуживцами?
— Нет.
— В заметке была выражена надежда, что наши земляки к этим действиям, о которых сообщили официальные источники, отношения не имеют. На следующей неделе вышла статья о том, что сведения устаревшие. Насколько мне известно, на эту статью в «Листке» теперь даже ссылаются большие источники типа Википедии. С точки зрения моральной, мы выявили то, что большие СМИ ссылаются на список устаревший, что там указаны люди, которые не имели отношения к происходящему.
Адвокат задает вопросы обвиняемому:
— Что вам известно о судебном разбирательстве по иску Мелькова?
— Это было летом, я уже находился в СИЗО. Ответчиками ни я, ни редактор газеты Виктор Рау не были, хотя есть юридическая норма, что в таких случаях в качестве ответчика привлекаются редакция и автор. Опровержение опубликовано не было, потому что газета «Листок» уже не выходила.
— Кто опубликовал сведения, что граждане не причастны к тем событиям, о которых сговорилось?
— Это было в «Листке» в номере от 13 апреля, в последнем номере. Мне позвонили бывшие военнослужащие, мы поговорили, я передал информацию редактору газеты Рау и Виктор Филиппович немедленно опубликовал уточнение.
— То есть оно было опубликовано задолго до того, как состоялось судебное разбирательство?
— Да.
— У вас была возможность участвовать в судебном разбирательстве?
— Я о нем узнал только осенью. Хотя закон предписывает извещать об обвинении авторов. Гражданский суд, видимо, не счел, что я отношусь к авторам. Еще раз уточняю. Публикация была не о том, что Мельков участвовал в событиях, а о том, что фамилия Мелькова указана на сайте официальных органов в информации о данных событиях. В этом виде в качественном гражданском суде судья откажет в иске. Там надо разбираться, какое именно утверждение — прямое, косвенное. И эти сведения имеют большое общественное значение…

Даниил Кукуев: «На допросе у следователя я был в состоянии психологической усталости»
Кукуев Даниил Владимирович в настоящее время является студентом Новосибирского государственного университета. По его словам, знаком с С. Михайловым с 2017 года. «С тех пор как начал работать в «Листке» в качестве внештатного корреспондента. Писал статьи о жизни города, состоянии инфраструктуры, проблемах жителей. Работал до того времени, как газета перестала существовать».
Вопросы к свидетелю со стороны обвинения:
— Вам известно, кто являлся учредителем «Листка»?
— Боюсь, что нет.
— Редактором?
— Инна Васильевна Жулаева.
— Сколько времени, до какого времени?
— Не знаю.
— С кем вы общались по поводу своих статей?
— С Инной и Александрой Строгоновой.
— С Михайловым по сфере работы общались?
— Достаточно редко. По чисто технической стороне, например, по работе с сайтом.
— Вам известно, кто вел рубрику «Горячие новости»?
— Боюсь, что нет.
— Вы читали газету?
— Да, но бычно не смотрел, кто именно что пишет, смотрел содержание. Новости не читал.
— Кто публиковал новости, известно?
— Неизвестно.
— Рау вам знаком?
— Не знаком вообще. Крайне редко лично с сотрудниками «Листка» общался, потому что мне задания высылали по интернету. Чаще всего я делал обзор выступлений музыкальных исполнителей, писал о спорте, о том, что в Горно-Алтайске происходит.
— Кто обычно высылал задания?
— Обычно Александра или Инна.
— Вы сказали, что иногда поддерживали связь с Михайловым по техническим вопросам. Каким образом?
— Во «ВКонтакте» и «Телеграме».
— Вам известно что-то об общем чате редакции?
— Слышал о нем, но в нем не состоял.
— Известно ли вам что-то о публикациях в рубрике «Горячие новости» в 2022 году, и вообще порядок формирования новостей?
— Нет. Я посылал задания, а как все происходит на этапе верстке, не знаю.
— На каких сайтах был «Листок»?
— Была группа «ВКонтакте», куда выкладывались материалы.
— Кто являлся администратором сообщества «ВКонтакте»?
— Михайлов.
— Что там публиковалось?
— Все то, что выходило в газете.
Далее последовали вопросы о мессенджерах, где выкладывались материалы газеты «Листок», какие именно там новости выкладывались и т. п. Свидетель сообщил, что по вопросам о спорных публикациях, которые являются предметом рассмотрения в данном суде, ничего сказать не может. «Об этих публикациях я узнал, только когда меня следователь вызвал на допрос», — подчеркнул Д. Кукуев. Кто создал телеграм-канал газеты «Листок» и «кто там чем заведовал», кто выкладывал новости, свидетель также не знает, комментарии к статьям не читал.
— Вам известна позиция Михайлова по отношению к органам государственной власти?
— В общих чертах да. С чем-то был не согласен.
— Между сотрудниками редакции обсуждались публикации, позиция Сергея Сергеевича?
— Не знаю, я в редакции появлялся крайне редко. Ничего не могу сказать.

Вопросы обвиняемого С. Михайлова к свидетелю Д. Кукуеву:
— Какие именно статьи вы выкладывали на сайт «Листка» и часто ли это было?
— Про музыку, новости города, спорт. Выкладывал несколько раз, когда некому этим было заняться.
— Для этого нужно быть в редакции?
— Нет, я делал это из дома.
— Пароли нужны?
— Да, нужно зарегистрироваться.
— Вообще в телеграм-каналах новости читаете?
— Подписан на «Новости Горно-Алтайска».
— Вы видите, когда читаете, администраторов, авторов?
— Это не указывается.
— Сколько администраторов у телеграм-канала может быть?
— Бывает по-разному, может быть один-два, а может 5-10.
— У телеграм-канала «Листок», новости» сколько было администраторов?
— Не могу сказать.
— Можно посмотреть, кто является администратором?
— Там, по-моему, есть функция, что можно показывать это, а можно нет. Если не включена секретность, то администратор указывается.
— Если у канала от 5 до 10 администраторов, они все имеют возможность выкладывать новости?
— Да.
Сторона обвинения попросила разрешения огласить показания свидетеля «в связи с имеющимися существенными противоречиями». После этого продолжил задавать вопросы обвиняемый С. Михайлов.
— Как часто вы появлялись в редакции в 2022 году?
— Не чаще двух раз в месяц.
— А со мной когда в последний раз виделись?
— В 2021 году.
— Отвечая на вопрос следователя на предварительном следствии, вы показали, что рубрику «Горячие новости» вел «исключительно Михайлов» и «содержание рубрики формировал всегда только он».
— Я говорил, что другие сотрудники могли что-то добавлять.
— Кто подписывал новости в период февраля-марта 2022 года?
— Не могу сказать, я не читал внимательно. Помню, что раньше был ваш портрет и заголовок «Горячие новости». Про март-апрель утверждать точно ничего не могу. И я не говорил слова «исключительно». Когда меня вызывали в Следственный комитет, я был в состоянии психологической усталости и мог что-то перепутать.
— Вы показания подтверждаете?
— Не подтверждаю.
Сделаем небольшое отступление, чтобы сообщить читателям об обстоятельствах допроса Даниила Кукуева в Следственном комитете. Он приехал утром по своим делам домой в Горно-Алтайск из Новосибирска (ехал всю ночь, совсем не спал), и сразу же его вызвали в полицию. Там ему сообщили, что ему «светит» административный штраф за то, что он ДВА ГОДА НАЗАД выложил на своей странице «ВКонтакте» песню одной из западных рок-групп и фотографию, а этого нельзя было делать… Все это находилось в открытом доступе и о запрете Даниил ничего не знал. Известие о штрафе его очень расстроило. Лишь только он вышел из кабинета сотрудника полиции после этого разговора, как его «под белы ручки» повезли на допрос по делу С. Михайлова. Просьбы со стороны Даниила Кукуева о том, что ему надо отоспаться после дороги и лучше перенести допрос на другой день, приняты во внимание не были. Но вернемся к судебному заседанию.
Продолжение вопросов С. Михайлова к свидетелю Д. Кукуеву:
— Когда обычно сдавался номер «Листка» в печать?
— В понедельник днем…
— Свидетель не знаком с процедурой подготовки номера в печать.
Судья напомнила , что комментарии и оценка показаний свидетелей высказывается в судебных прениях.
— Вы показали на следствии, что «Горячие новости» никогда никем не редактировались. Подтверждаете?
— Я говорил, что я предполагаю. В утвердительной форме не говорил. Не подтверждаю.
— В предварительных показаниях вы сказали якобы, что в телеграм-канал новости выкладывал исключительно я. Вы подтверждаете это?
— В показаниях Следственному комитету я старался утвердительных заявлений не делать, потому что, опять же, я внештатный корреспондент и мало что знаю о том, как происходит подготовка номера. Я мог говорить только в форме предположений.
— Вы были в числе администраторов телеграм-канала?
— Нет.
— Виктор Рау был?
— Не могу сказать.
— Последний абзац показаний Даниила слово в слово совпадает с последним абзацем показаний другого свидетеля…
Судья:
— Это оценочные действия показаний свидетеля, ваш вопрос снимается.
— Тогда спрошу так. Последний абзац ваших показаний в допросе от 16 августа «Я и остальные работники «Листка» понимали, что Михайлов С.С. негативно относится к государственным органам власти РФ…» и т д.
— Я такую фразу не говорил, не подтверждаю.
Вопросы со стороны защиты:
— А ваше мнение какое?
— Эти моменты в редакции я ни с кем не обсуждал, и с Михайловым не говорил на эту тему.
— Откуда эта фраза в протоколе?
— Что-то такое говорил следователь во время допроса.
— Получается, что следователь не вашу фразу написал, а свою?
— Да.
— Почему вы подписали эти показания?
— Я в тот момент был напуган и взволнован. Меня вызвали на допрос сразу после того как пытались завести дело об административном правонарушении. Меня спрашивали о том, какое участие я принимал в работе «Листка» и какая деятельность была у Михайлова в феврале-апреле 2022 года, но я не делал никаких утвердительных заявлений, мне дали бумагу и сказали, что надо подписать, я подписал…
— Вы понимали, что это за бумага?
— (Очень волнуется.) Я был в тревожном состоянии и не до конца понимал, что я делаю.
— Вы читали протокол допроса?
— Мне дали прочитать его бегло, просто просмотреть, я не мог вникнуть.
— Следователь ограничил вас в просмотре документа?
— Да.
— Как?
— Я старался прочитать, но мне сказали, что нужно поторопиться.
— Почему вы выполнили это указание?
— Мне стало страшно. Я подумал, что если я этого не сделаю, будут последствия…
— Вы хорошо знаете Сергея Сергеевича?
— Знаю его с тех пор как начал работать в газете. Хоть и достаточно редко, но мы общались.
— Как вы его можете охарактеризовать?
— Мой отец у него работал художником, считает его хорошим человеком, я тоже.
— В настоящее время работаете где-то в качестве корреспондента?
— Сотрудничаю с газетой «Горно-Алтайская Сорока».

Полина Рябова: «Листок» — это была замечательная газета»
Полина Олеговна Рябова живет в селе Турочак. Сергея Михайлова знает лично, в газете «Листок» с 2019 года освещала новости Турочакского района, являясь внештатным сотрудником.
На вопросы стороны обвинения о том, кто и в какое время официально являлся в «Листке» учредителем, кто редактором, кто чем занимался, отвечает следующее: «Мне эта информация была неинтересна, и я была не в курсе. В какой-то момент была редактором Инна Жулаева, но я не отслеживала чужое трудоустройство. Работала, в основном, с Инной Васильевной».
— По поводу статей с кем советовались?
— Тексты, которые писала я, — мне оказывалось доверие, я сама принимала решения.
— Статьи кому направлялись?
— Отправляла на электронную почту.
— С Михайловым поддерживали связь?
— В каком смысле?
— По работе.
— Да.
— Как общались, посредством чего?
— Телефона, переписки.
— В личных сообщениях?
— И в личных.
— Вам известно кто вел рубрику «Горячие новости»?
— Они собирались всей редакцией, и я не знаю, кто их готовил. Я не знаю, как у них были распределены обязанности.
— Вам известно, в каком порядке с февраля по апрель 2022 года формировалась эта рубрика?
— Целенаправленно каждый раз от корки до корки я газету не читала. Тем более появился телеграм-канал, и туда выкладывались статьи. Все подряд не читала.
— Эти статьи дублировались в бумажном виде?
— Я сравнения не проводила.
— Известно вам, как и каким образом печаталась газета, где распространялась?
— Примерно. Печаталась в какой-то типографии Новосибирска, как она оттуда доставлялась — понятия не имею. В районах распространялась с помощью распространителей.
— Потом поступала в определенные точки, в магазины?
— Да. С какого-то периода в Турочакском районе я на себя это взяла.
— Что-то вам известно по поводу смены редактора?
— Теперь я всего этого уже наслушалась, что Виктор Рау заменил редактора. А тогда я этого не знала. Мне абсолютно все равно было, кто редактор.
— Сотрудники связь между собой как поддерживали? Был чат?
— Был в «Телеграмме».
— С февраля по апрель какая-либо переписка по работе газеты велась?
— Обсуждалось что-то, но я не помню. Там были рабочие моменты.
Вопросы к свидетелю со стороны С. Михайлова:
— Кто является создателем телеграм-канала газеты «Листок» вам известно?
— Нет. Вероятно, Михайлов.
— Кто является главным редактором «Сороки»?
— Для меня Инна, а официально кто — я не знаю.
— Почему «Листок» перестал выходить?
— Не знаю.
— Может, Роскомнадзор запретил?
— Может… Хотя, помню, что газету «Листок» запрещали публиковать в типографиях. Речь шла о 50 и больше типографий.
— Вам как дипломированному специалисту по связям с общественностью законодательство о СМИ знакомо?
— В общих чертах. Те, кто работают в типографиях, отказывались печатать, насколько я слышала.
— Они объясняли, почему?
— Потому что кто-то налегает.
— От кого вы это знаете?
— От коллег. Мы же все это обсуждали. Это же наше детище, наша газета. Единственный способ публиковать информацию, которую не опубликуешь в другом месте. Муниципальные издания все равно имеют… не цензуру… но там другой язык, другая подача, они не могут публиковать какую-то информацию, которую не положено. «Листок» был единственной газетой, куда мог обратиться любой человек — бабушка, дедушка старенькие, — рассказать о каких-то нарушениях в больнице, со стороны приставов, прокуратуры, попросить, чтобы забор поставили… Где ты такое опубликуешь? Нигде. Эта была замечательная площадка. Экологические проблемы поднимались, серьезнейшие статьи уважаемых людей на темы экологии публиковались. Где такое опубликуешь? По формату не подойдет в другие издания. Поэтому «Листок» — это наше любимое место публикаций. Я очень благодарна Сергею Сергеевичу за то, что он его когда-то создал. Благодаря этой газете удалось решить очень много проблем и бед, привлечь внимание к ним. Органы власти реагируют, когда что-то публикуется в публичном пространстве. Поэтому когда газету закрыли, это была всеобщая боль. Это было очень тяжело и страшно. Для кого-то это был единственный источник заработка. Я восхищаюсь теми, кто создал новую газету и продолжают нести полезную для людей информацию.
— Сколько раз в редакции «Листка» с 2019 года проходили обыски?
— Я не знаю. Слышала об этом но, по-моему, еще до меня.
— По закону о СМИ, который вы изучали как пиарщик, что нужно, чтобы закрыть газету? Типографии напугать?
— Сергей Сергеевич, я не помню, если честно, закон о СМИ, это было давно… Но газета просто так не закрывается. По-моему, ее не закрывали толком, она же не закрыта? Она не выходит в печать, потому что ее отказываются печатать…
— Это законно или незаконно?
— По моему мнению, нет. Каждый предприниматель вправе принимать решение, работать с данным клиентом или нет. Но думаю, что было какое-то влияние, потому что ни один нормальный предприниматель никогда не откажется от дополнительного заработка. А когда типографий десятки, это вызывает подозрения. Но сказать точно не могу.
— В газете были материалы, где стояла пометка «Публикуется на правах заявления учредителя»?
— С начала марта внешний вид «Горячих новостей» изменился?
— Не помню.
— На телеграм-канал «Листка» были подписаны?
— Была подписана и подписана до сих пор. Но новости обычно не читаю особенно на темы СВО.
— Какое мнение у вас в целом?
— Я считаю, что никто точно не знает правды, и публиковать информацию об этом не имеет смысла. Повлиять мы ни на что не можем, а состояние людей…
— А как ваши публикации в «Листке» влияли на людей?
— По-разному.
— То есть информация в «Листке» на эти темы была ложной?
— Понятия не имею. Я «блондинка», пиарщица и не могу судить о некоторых вопросах.
— Как вы считаете, моя позиция вообще искренняя, или я вам в разговорах признавался, что, мол, сам в это не верю, но мне заплатили…
— Я знаю, что вы в своих убеждениях искренни и будете убеждать всех окружающих.
— А почему?
— Потому что такой вы человек, если в чем-то уверены, то «вскроете мозг» и докажете свою правоту.
— Так эта информация для меня заведомо ложная, или нет?
— Для вас, конечно, нет, что касается меня — не знаю. Журналист должен писать только тогда, когда у него есть достоверные сведения. Но в своей правоте вы были, конечно, уверены. Просто нужно было быть более осторожным.
-Телеграм-канал «Листка» в настоящее время ведется?
— Я не знаю.
Судья заявила, что этот вопрос снимается, но защитник выразила протест, так как это важный вопрос. «Михайлову вменяется в вину ведение телеграм-канала в феврале-апреле 2022 года, но прямых доказательств, что его вел Михайлов, не имеется», — подчеркнула она.
— Добровольно можно передать доступ к своему аккаунту?
— Да.
— Можно ли пользоваться аккаунтом в «Телеграме» параллельно нескольким людям?
— Да. У меня муж иногда отвечает в моем аккаунте.
— Официальная информация в России всегда достоверна?
«Вопрос неконкретный и не относится к обстоятельствам дела», — вновь вмешалась судья.)
— Тогда по-другому. Местные органы власти журналистам всегда дают достоверную информацию?
— Конечно же, нет. Но если речь идет об официальных заявлениях на уровне РФ, то я склонна верить.
— Как специалист в области пиара, поясните, пожалуйста, что такое заведомо ложная информация и ее распространение.
— Это когда ты точно уверен, что информация не соответствует действительности и распространяешь ее с некой целью. А если ты получил информацию и в нее поверил, то ее нельзя считать заведомо ложной.
Вопросы к свидетелю со стороны защитника.
— Полина Олеговна, как вы можете охарактеризовать Сергея Сергеевича как человека?
— Он вызывает большое уважение, но его безапелляционность очень напрягает. Его сложно переубедить и сложно вести диалог, особенно на горячие, больные темы, а в остальном ничего плохого о нем сказать не могу.
— А по поводу порядочности?
— С непорядочностью не сталкивалась, слышала только хорошие отзывы от людей, помогает людям, в том числе финансово.

***

В настоящее время Сергей Михайлов находится под арестом в СИЗО села Кызыл-Озек. Продолжается судебное разбирательство, процесс подошёл к стадии ознакомления суда с письменными доказательствами обвинения. Сам Сергей свою вину не признаёт.

К публикации подготовила Александра Строгонова

Post by admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *